September 10th, 2010

К книге переводов Киплинга, моя вступительная статья - 1

(Предварительный пост с описанием книги здесь)

РЕДЬЯРД КИПЛИНГ И РУССКАЯ ПОЭЗИЯ ХХ ВЕКА

1.

Если вспомнить наивное замечание М. Горького, что те из писателей, кто видел в жизни много, становятся, как правило, реалистами, а те кто видел мало, делаются романтиками, то именно биография Редьярда Киплинга опровергает это детское рассуждение. Писатель, столько повидавший и оставшийся романтиком по самой своей глубинной сути, в детскую фомулировку «буревестника» никак не умещается! Что касается биографии «внешней» – она у Киплинга проста и ясна... Почти, кажется, бессобытийна... Если вообще такое возможно сказать о журналисте, как штатском, так и особенно, военном! Эта профессия была всё же не только первым по временни, но в некоторой степени и главным занятием великого британского поэта и прозаика.

Учтём, что основой всего, написанного этим романтиком, была ничуть не романтическая записная книжка военного журналиста, а всё, что написано им и в прозе и в стихах, всё многотомное собрание его сочинений, выросшее из этих записных книжек, не содержит в себе ни строчки, выдуманной за столом... В этом смысле Киплинг – абсолютный реалист.

В сатирической балладе «Головоломка мастерства» Киплинг изображает кабинетных «творцов» викторианской эпохи, с которой у него были, кстати, такие же противоречия, какие полувеком позднее Андрей Синявский охарактеризовал как «стилистические расхождения» его, писателя, с властью, – имея в виду самые глубокие, первоосновные противоречия.

...Вот зелёный с золотом письменный стол
Первый солнечный луч озарил,
И сыны Адама водят пером
По глине своих же могил.
Чернил не жалея, сидят они
С рассвета и до рассвета,
А дьявол шепчет, в листках шелестя:
"Мило, только искусство ли это? "

Collapse )

К книге переводов Киплинга, моя вступительная статья - 2

(Начало здесь)

Далее: Ирина Одоевцева, которая балладную интонацию, да, впрочем, и сам жанр баллады прямо от Киплинга получила. К тому же ещё (чем она и отличается резко от Гумилёва), есть у неё совершенно киплинговское стремление говорить о повседневности, хотя и придавая ей иногда романтический колорит (как в «Молли Грей», стилизованной под английские фантастические баллады). Но чаще – это всё же интонации бытовые, пришедшие прямо из «Казарманных баллад», как, например, в её «Балладе об извозчике»:

Небесной дорогой голубой
Идёт извозчик. И лошадь ведёт за собой.
Подходят они к райским дверям:
«Апостол Пётр, отворите нам!»
Раздался голос святого Петра:
«А много вы сделали в жизни добра?»
«Мы возили комиссара в комиссариат,
Каждый день туда и назад…»


Невольно вспоминается аналогичная сцена у тех же Райских Врат из «Томлинсона» Киплинга:

Вот и Пётр Святой стоит у ворот со связкою ключей.
«А ну-ка на ноги встань, Томлинсон, будь откровенен со мной:
Что доброе сделал ты для людей в юдоли твоей земной?»


Collapse )