February 17th, 2010

РУССКАЯ ПОЭЗИЯ ЗА 30 ЛЕТ (часть вторая)

ДОКАЖИ, ЧТО ТЫ НЕ ВЕРБЛЮД (Борис Чичибабин)

Я помещаю эту статью, написанную, как и другие, больше четверти века назад, с очень малыми изменениями, как дань поэту того и только того времени, которого, увы, сейчас читать неинтересно.

В семидесятые годы о поэте Борисе Чичибабине было известно, наверное, меньше, чем о каких-нибудь пиитах восемнадцатого столетия... Книг не было. Даже в "Днях поэзии" имя его практически не встречалось.
...
Однако в справочнике Союза писателей за 1970 год значится, что Борис Чичибабин – псевдоним Бориса Александровича Полушина, тогда жившего в Харькове.

Только в конце восьмидесятых годов стало известно, что прямо с войны Чичибабин отправился в ГУЛАГ. В тюрьме он написал «Красные помидоры», а в лагере — «Махорку», и эти стихи вскоре стали народными песнями. Когда Чичибабин вернулся из лагеря, его стали изредка печатать и даже приняли в Союз писателей…
А в 1973 году, после того как его стихи стали широко расходиться в самиздате, а главное, после публичного чтения резкого стихотворения о «воровских похоронах» Твардовского, Чичибабина из Союза писателей исключили.
Вот что он написал после этого:
Нехорошо быть профессионалом:
Стихи живут, как небо и листва.
Что мастера? — Они довольны малым,
А мне, как ветру, мало мастерства.
После исключения из Союза Писателей Чичибабин многие годы работал экономистом в трамвайном парке... В советских изданиях семидесятых и восьмидесятых годов стихов его я не видел. Да они и не появлялись там. Но стихи его ходили в самиздате.
Как писал позднее критик и философ Григорий Померанц «Уход из дозволенной литературы… был свободным нравственным решением, негромким, но твёрдым отказом от самой возможности фальши»
В конце семидесятых в альманахе "Глагол" ("Ардис", Мичиган) появилась большая подборка стихов Чичибабина. А потом – в "Континенте" мне досталось весёлое занятие – готовить к печати присланную из Харькова контрабандой подборку его стихов.

Collapse )